* Смирнова Ирина Александровна

Родилась 20 сентября 1964 года.

Участвовала в ликвидации последствий катастрофы на ЧАЭС с 26.06.1986 года по 30.08.1986 года.

Награждена

- почетной грамотой УС-605 (от 12 августа 1986 года);

- медалью «За спасение погибавших»;

- нагрудными знаками «За заслуги» I и II степени.

За многолетнюю активную работу по защите прав и интересов граждан, пострадавших вследствие радиационных аварий и катастроф, награждена

- почетной грамотой Законодательного Собрания Красноярского края;

- почетной грамотой Союза «Чернобыль» России;

- почетной грамотой Красноярского регионального отделения общероссийской общественной организации инвалидов;

- почетной грамотой Губернатора Красноярского края.

  Воспоминания Ирины Александровны Смирновой (Новиковой):

«24 июня 1986 года, на основании телеграммы У/403-Т, были откомандированы первые повара (пять человек) конторы общественного питания Управления рабочего снабжения Горно-химического комбината Красноярска–26 на работы в район Чернобыля. Остапенко Людмила, Кругликова Наталья, Новикова Ирина, Мошкина Елена, Волкова Наталья. Перед командировкой я, Волкова Наталья, Мошкина Елена экстерном сдали экзамены в Красноярском промышленном техникуме, т.к. учились на вечернем отделении факультета техник-технолог по приготовлению пищи.

Вечером 24 июня прилетели самолетом в аэропорт Борисполь. На такси приехали в Киев. В городе обратили внимание на то, что в городе совсем нет детей. Направились по адресу: ул. 40 лет Октября д. 94, фирма «ИЗОТОП». Там нам выдали направление в гостиницу, номера уже были оплачены.

25 июня рано утром добрались до вокзала и электричкой уехали до станции Тетерев. От станции пешком (1,5-2 км.) дошли до базы пионерского лагеря «Голубые озера», где находился отдел кадров.

С 26 июня мы, повара из Красноярска–26, по приказу начальника филиала ОРСа Приднепровского химзавода при Управлении строительства № 605 по личному составу, были зачислены в штат для работы в столовых г. Чернобыля. Расселили нас на базе пионерского лагеря «Крутой берег». Это был большой лесной массив, где была зона пионерских лагерей и баз отдыха. Здесь и разместились ликвидаторы, и уже был организован быт, работали столовые, медпункты, прачечные, душевые, привозили фильмы.

Выдали пропуска в закрытую зону и 27 июня 1986 года мы заехали в тридцати километровую зону отчуждения. Запомнились усталые лица ликвидаторов, пустые дома с закрытыми ставнями, в пятиэтажках на балконах оставлено выгоревшее на солнце белье. Природа благоухает, июнь месяц! Места очень красивые!

Нас поставили на доз-контроль и выдали "таблетки- накопители". Для нас был приказ отмыть и открыть обеденные залы и пищеблок в школе-интернате и кафе «Дорожное». Пока шла адаптация организма в зоне отчуждении, у всех нас был кашель, сильно першило в горле, была температура – длилось это около 2 недель, а потом стало легче.

В первых числах июля 1986 года мы запустили кафе «Дорожное». Нас работало 7 человек поваров, кормили 3 тыс. человек в день, посадочных мест было 80, работали по 18-20 часов в сутки. Кафе «Дорожное» находилось напротив автостанции, там был расположен штаб. В одном из помещений выделили комнату отдыха для поваров, там мы и спали, потому что рано утром подъем. С 6.00 до 10.00 – завтрак, с 12.00 до 17.00 – обед, с 19.00 до 24.00 – ужин, а затем нужно было убрать со столов. И только в 2 часа ночи мы ложились спать.

Отработали в зоне отчуждения каждый повар из нашего состава по 720 часов, то есть 2 месяца. За все время работы дали 2 дня выходных. Мы ездили в город Киев, гуляли по Крещатику. В августе весь город в розах, все цветет. Жители относились к нам как к спасателям. Бережно и заботливо.

Работая поварами, мы одновременно выполняли работу уборщиц помещений, мойщиц посуды для зала и кухни, разгружали машины. Всю посуду мыли в ручную. Каждый день проходили проверки СЭС. Дозиметристы делали замеры продуктов и особенно пола в зале. Если было «грязно», то закрывали раздачу и мы, повара, кто не стаял на раздаче в этот день, надевали «лепесток», фартук из плотной клеенки, перчатки, сыпали в ведро с водой порошок «защита» и мыли пол. Хотя при входе стояли приспособления для мытья обуви, но видно рабочие все равно натаскивали песок, ликвидаторы ведь ехали с самого реактора.

В начале августа дали нам на подмогу - еще смену и «партизан», призванных через военкомат. Они помогали мыть посуду и убирать помещения. Объем работы был большой. Кормили хорошо, сытно. Технология приготовления была дольше по времени, особенно мясо и рыба. Пришлось много перемыть овощей и фруктов. Вода только привозная.

В конце августа 1986 г. открыли еще большую столовую в г. Чернобыль «Энергетик» и девочкам, кто работал уже после нас, стало легче. Мы дождались замены, поваров из нашего города, встретили их на станции Тетерев – это были: Журкина Валентина, Матюшина Татьяна, Вычужанина Марина, Вдовина Светлана.

1 сентября 1986 года были уже дома. Сдали все документы, отчитались. Нас обследовали в заводской поликлинике на установке СИЧ. Вскоре вышли каждый на свое место работы. Зарплату за командировку получили только в октябре.

После командировки очень чувствовалась усталость. Так как мы еще и не были в отпуске в 1986 году, то нам всем пятерым выдали путевки в г. Сочи, где мы жили в частном секторе.

За весь период ликвидации катастрофы на ЧАЭС с 1986 г. по 1990 г. УРС ГХК направил 29 своих работников.

Троим из них светлая память: Еременко Нине Петровне, Киселеву Борису Васильевичу, Дмитриевой Ольге Емельяновне.

С 1992 года я нахожусь на инвалидности. Занимаюсь общественной работой в Союзе "Чернобыль" России, ЗАТО Железногорска под руководством Сперанского В.К. Я отвечаю за сектор «Дети и подростки, родившиеся у ликвидаторов и эвакуированных из зон отчуждения и выехавших из зон с правом проживания».

Умерла в 2020 г.